Черные работодатели
Черный список

Список

Добавить



Список

Добавить



Диагностика соискателя

Подборка статей

Тесты

Культура административной деятельности

Эффективный управяющий (П. Друкер)

Карьера менеджера (Якокка Ли)



Профессиограммы

Тарифно-квалификационные характеристики профессий

Швейное производство

Автомобильный транспорт




Главная Культура административной деятельности1.1. О системообразующих заблуждениях

Часть 1.Общество, государство, макроэкономика

Чтобы изложение вопросов, связанных с организацией макроэкономики и ведением управления предприятием по полной функции управления на «микроуровне» народного хозяйства, можно было понять однозначно, предварительно необходимо дать общие представления о сложившейся к концу ХХ века системе производства и разпределения в обществе разного рода продукции, включая и услуги. И прежде всего, следует освободиться от власти , культивируемых и господствующих в обществе в отношении макроэкономики и обусловленности возможностей государственной политики и возможностей микроэкономики процессами на макроуровне многоотраслевой производственно-потребительской системы общества.

1.1. О системообразующих заблуждениях

Есть вопрос:

Слепота госчиновников, политиков, предпринимателей, экономических обозревателей средств массовой информации (СМИ), учёных-экономистов и преподавателей финансово-экономических специальностей в вузах и колледжах к парализующей хозяйство общества роли ссудного процента и спекуляций “ценными бумагами” представляет собой:

· их искренние заблуждения, обусловленные слабоумием, невежеством и непрофессионализмом?

· либо это — вполне профессионально состоятельный злой умысел продавшихся мерзавцев и лицемеров, имеющий целью держать на положении невольников под наркозом культивируемого ими невежества остальное общество (включая и многих из числа перечисленных ранее деятелей, от мнений и решений которых зависит экономическая жизнь) в финансовой удавке олигархии банкиров-ростовщиков, биржевых спекулянтов и их закулисных хозяев?

Полезно обратить внимание и на то, что финансово-экономическая “слепота” деятелей политики, науки, и высшей школы носит избирательный характер: в большинстве случаев те же самые “слепцы” проявляют удивительную зрячесть и активность в нападках на государство за его налогово-дотационную политику; они недовольны как тем, что государство взимает налоги, так и тем, что государство выплачивает дотации и субсидии. Все 1990-е гг. — годы реформ — средства массовой информации с подачи авторитетов науки воют о том, что высокие ставки государственных налогов душат производство, влекут за собой бегство капитала за границу, вызывают к жизни двойную бухгалтерию и сокрытие доходов от налогообложения физическими и юридическими лицами и т.п. Поэтому вопрос о налогах в его взаимосвязи с ростовщичеством необходимо осветить правильно.

Принципиальная разница между “налоговым прессом” государственности и “благословлённым” в Библии ростовщическим вампиризмом глобальной антинародной мафии [4] состоит в том, что с появлением денежного обращения:

· Налоги забирают у производителя в стоимостной форме некоторую долю от реально им произведённого, после чего эта доля, если не разворовывается, то употребляется в интересах государства.

Если при этом государство выражает интересы подавляющего большинства добросовестно трудящегося населения, то всё изъятое у общества в форме налогов, возвращается самому же обществу в форме разнородной государственно-организованной социальной защищённости личности. Иными словами в таком государстве “налоговый пресс” никого не подавляет, поскольку всё изъятое в форме налогов, так или иначе, в той или иной форме возвращается самому же обществу, т.е. составляющим общество людям — нам с вами.

· Ростовщичество высасывает в стоимостной форме из общества заранее оговорённую долю производимого, которая исторически реально почти всегда выше, нежели полезный эффект в его номинальном бухгалтерском выражении, достигнутый в результате взятия самoй кредитной ссуды.

Хотя кредитную ссуду берёт конкретное физическое или юридическое лицо, но поскольку погашение долга по кредитной ссуде с процентами относится на себестоимость производимой продукции, то ссудный процент является генератором роста цен, перенося разплату по ссуде с должника на остальное общество.

Вследствие названных обстоятельств общество оказывается в заведомо неоплатном долгу — на положении раба-невольника — у надгосударственной международной корпорации кровопийц — расистов-ростовщиков — на которых и вынуждено работать задарма в иллюзорной надежде когда-либо в будущем разплатиться с долгами.

Слепота к этому различию воздействий на производство и потребление ставок налогообложения и ставок ссудного процента — различию, которое не может быть устранено налогообложением кредитно-ростовщического сектора, говорит о том, что экономическая наука и традиционная социология в России носят антигосударственный и антинародный характер, поскольку выражают интересы надгосударственной ростовщической мафии и “научно-теоретически” правдоподобно (для не желающих вникать в суть дела политиков, предпринимателей и обывателей) обосновывают желательные ей финансово-инвестиционные и политические стратегии.

При этом в обществе широко разпространено по существу несостоятельное мнение, что ссудный процент по кредиту в финансовой системе якобы обязателен как източник финансирования [5] .

Соответственно требование принципиального законодательного запрета ссудного процента (в том числе и процента по вкладам в банки [6] ) по мнению придерживающихся этой точки зрения — антисистемное требование “невежественных экстремистов”, якобы способное разрушить институт кредита и макроэкономику в целом. Российские 240 % годовых времён Черномырдина — Лившица, с их точки зрения, — одна вредная крайность, а к организации кредитно-финансовой системы будущего хозяйства всего человечества , а не только России, — другая вредная крайность.

В “нормальной” макроэкономике с их точки зрения якобы должны быть некие “умеренные” ставки ссудного процента, с одной стороны, — позволяющие банкам самофинансироваться при решении свойственных им задач, а также выплачивать своим вкладчикам доходы по их вкладам, дабы стимулировать людей к тому, чтобы их накопления были източником финансирования развития предприятий, образующих в совокупности макроэкономическую систему общества; а с другой стороны, — позволяющие быть рентабельными большинству предприятий во всех отраслях промышленности и не ущемляющие платёжеспособный спрос населения.

Конкретные величины максимально допустимых ставок ссудного процента обычно называются ими в пределах до 5 — 7 % годовых [7] .

В действительности сторонники такого рода воззрений смешивают два качественно разных по своему существу вопроса:

· вопрос о финансировании функционирования инфраструктур общества, к числу которых принадлежит и банковская инфраструктура, через которую осуществляются платежи и прочие переводы денежных средств и которая ведёт бухгалтерский учёт макроуровня во многоотраслевой производственно-потребительской системе;

· вопрос о праве кого бы то ни было на доходы, являющиеся по существу нетрудовыми, и которые вследствие этого не имеют отношения ни к оплате прошлого и будущего трудового вклада людей в рост благосостояния общества, ни к социальному обеспечению, не обусловленному участием в .

Работают не деньги, а люди. Люди производят продукцию и услуги, потребление которых оплачивается деньгами.

Если об этом помнить, то неоспоримо смешение двух названных разных вопросов сторонниками приведённых мнений о якобы неизбежной необходимости наличия в системе “умеренного” ссудного процента. В жизни же общества, в политике государства, в обществоведческих науках такое смешение недопустимо, поскольку оно вопросом о необходимости финансирования банковской (платёжно-учётной по характеру её деятельности) инфраструктуры подменяет вопрос о рабовладении, порождаемом в обществе “умеренными” ставками ссудного процента , которое исторически реально осуществляется посредством системного банковского ростовщичества. Так этот принципиальный вопрос организации жизни общества через смешение двух вопросов и выводится из разсмотрения [8] .

Кроме того, что системное банковское ростовщичество — средство осуществления мафиозного финансового рабовладения [9] , даже “умеренный” ссудный процент вреден обществу и по другим причинам .

В обществе с банковской системой, работающей со ссудным процентом, статистика накоплений, вложенных в банки гражданами, порождает статистику роста этих накоплений за счёт начисления процентов по вкладам. Эти проценты по вкладам для некоторой доли вкладчиков оказываются соизмеримыми с их трудовыми доходами. А для некоторой доли вкладчиков превозходят значение доходов, необходимых для оплаты потребления по весьма высоким жизненным стандартам, даже при “умеренных” ставках ссудного процента, не представляющих угрозы для устойчивости функционирования системной целостности макроэкономики [10] . Кроме того, вклады наследуются потомками первоначальных вкладчиков. И хотя потомки не вложили своего труда в создание первоначальных накоплений, — унаследовав вклады, они имеют законное право на нетрудовые доходы [11] .

Тем самым, согласившись с “умеренными” ставками ссудного процента (включая и ставки по банковским вкладам) и узаконив их, общество вместо культивирования уважения к добросовестному труду и поощрения добросовестного труда поощряет паразитизм наиболее богатой части вкладчиков банков, признавая за ними право на нетрудовые доходы и переразпределяя в их пользу в виде процентов по вкладам продукцию, создаваемую трудом тех, кто вкладов не имеет либо хранит в банках относительно небольшие суммы накоплений, проценты на которые мало что значат в их личном или семейном бюджете.

В нравственно здоровом обществе доходы могут принадлежать к одной из следующих категорий:

· заработная плата и премии за участие в трудовой деятельности;

· выплаты по социальному обеспечению из целевых государственных и общественных (т.е. частных и корпоративных) фондов, не обусловленные участием в трудовой деятельности;

· полученные в порядке принятия помощи со стороны других людей на основе их личной мотивации и взаимной договорённости, не нарушающей прав стороны, принимающей помощь (помощь освобождает от проблем, а не создаёт новые проблемы).

Доходы же в виде ссудного процента, включая и проценты по вкладам в банки, — узаконенное воровство, анонимное вымогательство в том смысле, что вымогатель не вступает в непосредственные отношения с тем, кого грабит, вследствие чего обираемые им лишены возможности оказать противодействие ему лично.

Те, кто не согласен с таким подходом к вопросу об “умеренных” ставках ссудного процента, включая и проценты по вкладам населения в банки, по существу оказываются перед необходимостью объяснить простому труженику:

· почему одни виды нетрудовых доходов признаны правомочными и узаконены, а другие виды нетрудовых доходов признаны неправомочными и преступными?

· почему изъятие узаконенных нетрудовых доходов у одних лиц другими лицами на самодеятельной основе тоже отнесено к преступлениям, преследуется и карается на основании законов?

Объяснить это желательно именно простому труженику, а не “простому налогоплательщику”, поскольку налогоплательщик в исторически реальной экономике сам может и не быть тружеником, хотя может честно платить налоги с узаконенных в обществе нетрудовых доходов. А труженику приходится кормить, одевать, обустраивать жизнь всех, включая и налогоплательщиков, “честно” и законопослушно живущих нетрудовыми доходами. И труженик имеет право [12] знать, почему он якобы должен обеспечивать жизнь тех, кто способен трудиться, но не трудится; причём обеспечить им подчас более высокий уровень потребления, нежели тот, который доступен ему самому и его семье.

Стремление же создать так называемый “средний класс” представляет собой стремление наиболее крупных паразитов-инвесторов, живущих преимущественно нетрудовыми доходами, затеряться в среде этого безликого “среднего”, который всё же трудится, но в доходах которого доля нетрудовых доходов по разного рода “ценным” бумагам достаточно велика, чтобы он крохоборски дорожил ею и массово вставал на защиту всей развращающе-паразитической системы.

Одним из примеров такого возстания бездумных крохоборов из состава “среднего класса” на защиту развращающе-паразитической системы являются возражения против реорганизации кредитно-финансовой системы на принципе изключения из неё ссудного процента, включая и процент по вкладам в банки.

Возражения такого рода, изходящие из того, что отмена ссудного процента (включая и проценты по банковским вкладам населения) сократит кредитные ресурсы банковской системы, поскольку люди не будут вкладывать деньги в банки, что подорвёт институт кредита как таковой (и, как следствие, — всё народное хозяйство), — также несостоятельны.

Во-первых , прейскуранты всех рынков обусловлены номинальной платёжеспособностью общества, включая и её кредитную составляющую, и реагируют на динамику её изменения. Иными словами, чем выше доля выданных и не погашенных кредитов в себестоимости выставляемой на продажу продукции — тем выше номинальные цены, а потребности во вновь выдаваемых кредитах номинально выражаются во всё более крупных суммах. Соответственно изъятие из системы ссудного процента влечёт за собой и сокращение номинальных потребностей во вновь выдаваемых кредитах.

Во-вторых , есть иные средства макроэкономической регуляции, позволяющие поддерживать номинальную кредитоспособность банковской системы на необходимом для её эффективной работы уровне [13] . В частности, банки можно законодательно обязать соучаствовать в прибылях и убытках кредитуемых ими проектов, в результате чего здравомыслящие директораты банков, способные оказывать предприятиям координационные услуги макроуровня, окажутся во главе процветающих промышленно-финансовых групп, а -аферисты — разорятся.

И главное : динамика благосостояния определяется не возможностями номинального кредитования в сфере финансового обращения, а энергетическим потенциалом сферы производства, концепцией и качеством управления этим энергопотенциалом. Институт кредита — одно из средств управления макроуровня, а не самодостаточный източник экономического благополучия общества (хотя для мафиозной корпорации ростовщиков-кредиторов он и представляется таковым, — своего рода «рогом изобилия», в чём они стараются уверить и остальное общество).

Законодательное же изключение ссудного процента во всех его формах нравственно оздоровит общество, его хозяйственную и финансовую деятельность и будет сопровождаться бухгалтерски не исчислимыми положительными эффектами в иных областях жизнедеятельности цивилизации.

В результате главенствующее положение в управлении макроэкономикой займёт разумная воля людей, ныне вытесняемая из области макроэкономического управления и подавляемая в ней бездумным автоматизмом взимания ссудного процента, во-первых, гарантирующим ростовщической корпорации финансовое благополучие при любых её ошибках и злоупотреблениях в кредитно-инвестиционной макроэкономической политике, и , во-вторых, гарантирующим разширение пределов власти хозяевам и заправилам корпорации.

Поэтому в условиях действия ссудного процента , особенно в условиях действия “неумеренного” ссудного процента, направленного на порождение заведомо неоплатных долгов, т.е. долговой кабалы как системы рабовладения на финансово-долговой основе:

· уклонение от налогов — один из способов сопротивления ростовщическому порабощению тем более в случае, если изрядная часть бюджета государства, пополняемого налогами, идёт на “обслуживание” его долговых обязательств перед внешними и внутренними ростовщиками и спекулянтами “ценными” бумагами;

· налоговая полиция [14] и обслуживающее её судопроизводство (а также все служители библейских — лжерелигиозных — культов, включая монахов и иерархов РПЦ) во многом аналогичны полицaям, которых немецко-фашистские оккупанты набирали из местного населения для проведения в жизнь своей стратегии порабощения народов России.

Множество предпринимателей и наёмных тружеников, хотя и не могут объяснить сказанного выше о различиях ростовщичества и налогообложения и об их взаимосвязях, однако чувствуют и различия, и взаимосвязи. А чувствуя их, они строят свою финансовую политику на микроуровне народного хозяйства соответственно сказанному выше.

Поэтому самообманом являются надежды некоторых политиков легализовать доходы физических и юридических лиц, вернуть сбежавшие капиталы в Россию, не “замочив предварительно в сортире” системное ростовщичество и спекуляцию “ценными” бумагами, а также и “научно-теоретическое” обоснование якобы необходимости и неизбежности их присутствия в финансово-экономической системе цивилизации.

Ощущая и осознавая это, Россия не может впредь развиваться с узаконенными нетрудовыми доходами, включая и ссудный процент. Попытки насильничать в этом направлении только усугубляют и затягивают нынешний кризис, и до добра насильников и их пособников не доведут.

Вопрос о системном ростовщичестве и налогово-дотационной политике государства — один из многих вопросов, который показывает, что культивируемые в обществе экономические и политико-экономические теории далеко не во всём адекватны реальной хозяйственной деятельности обществ и человечества в целом. При этом все возможные и известные ныне экономические теории разделяются на два класса:

· Первые описывают экономику общества, подразумевая необходимость дать ответ на вопрос «как частному предпринимателю законными способами набить себе карманы».

· Вторые описывают экономику общества, подразумевая изпользование экономических отношений в обществе в качестве средства достижения каких-то иных, внеэкономических по их существу, целей .

Первые теории составляют основу финансово-экономического образования во всех странах с развитыми традициями рыночной экономики и представляют собой так называемую «экономику для клерков», формируя кадровый корпус тех, чьими руками и достигаются внеэкономические по их существу цели.

Экономические теории второго рода в странах с развитой рыночной экономикой не находят выражения в системе финансово-экономического образования. Они представляют собой личные мнения по экономике и финансам высшего слоя менеджеров преуспевающих фирм, а также традиции семей банковских и промышленных магнатов (в глобальных масштабах примерно 350 — 400 семейств, из них в пределах США примерно 50 семейств). Это всё, вкупе с теоретически неформализованными жизненными и профессиональными навыками, и представляет собой так называемую «экономику для хозяев».

В экономических отношениях общества «экономика для хозяев» и «экономика для клерков» по их существу включают в себя следующие функции, которые либо как-то описаны теоретически, либо осуществляются на основе неформализованных навыков и «ноу-хау» (см. таблицу 1).

Адресно-тематическая структура традиционной экономической науки

Экономика (большей частью «ноу-хау») для «очень больших хозяев» Макроуровень На нём осуществляется два взаимосвязанных процесса: · Контроль объёмов средств платежа, находящихся в обращении. Этот процесс по существу является процессом управления покупательной способностью денежной единицы. · Распределение оборотов средств платежа по отраслям и регионам, между реальным и спекулятивным (рынки “ценных” бумаг) секторами экономики. На основе этих процессов создаётся «финансовый климат», в котором процветают или чахнут все более или менее административно самостоятельные хозяйствующие субъекты, действующие на принципе самоокупаемости их предприятий.

Экономика (“теории” и «ноу-хау») для «мелких хозяев» и «больших клерков» Микроуровень На микроуровне — уровне более или менее административно самостоятельного субъекта, хозяйствующего на основе самоокупаемости, присутствует два уровня функций и задач. Уровень первый: · Прогностика изменений «финансового климата» и конъюнктуры рынков сбыта продукции собственного производства и рынков сырья, комплектующих, услуг, рабочей силы, необходимых для её производства. · Выработка стратегии хозяйственной деятельности, обеспечивающей самоокупаемость предприятия с некоторым запасом, необходимым на случай возникновения непредвиденных обстоятельств и компенсации разного рода ошибок в управлении предприятием ( современные школы хозяйствования приоритет отдают обеспечению долгосрочной надёжности фирмы, а не максимуму её прибыльности, тем более на каких-то краткосрочных интервалах времени).

Экономика (“теории”) «для клерков» Уровень второй: · Разработка и финансово-экономическое обоснование комплекса программ (планов мероприятий) по осуществлению стратегии предприятия, включающего в себя обеспечение: O разработку новых образцов продукции, O подготовку технико-технологической базы предприятия к их производству, O подготовку кадров для производства, O рекламно-«разъяснительную» работу среди потенциальных потребителей, O подготовку кадров и технико-технологической базы для сопровождения эксплуатации и другие такого рода работы. · Бухгалтерское, т.е. учётно-контрольное и аналитическое сопровождение осуществляемых программ, с целью выявления возможностей улучшения их финансово-экономических, технико-технологических и других нефинансовых показателей в ходе выполнения утверждённых программ.

Соответственно этому обстоятельству для обеспечения свободы государственного и частного предпринимательства необходимо вырваться из плена разного рода экономических «ноу-хау» для «очень больших хозяев» и “теорий” для “больших” и “мелких” «клерков». Поэтому, чтобы защититься от вседозволенности «ноу-хау» для «очень больших хозяев» и вздора “теорий” «для клерков», определимся в том, что можно назвать «аксиоматикой» экономической науки в наши дни.


...назад     далее...


Новости
 
Контактная информация

   Эл. почта: black-rabota@yandex.ru

 
Наши партнёры

 

 
Статистика